Этот безумный безумный..блог :)

Я не хотела признавать то, как превращаюсь в полного потерявшего самого себя человека. С каждой минутой находиться дома было все труднее. Хотелось убежать от всего, внедриться в какую-нибудь невидимую массу, так, чтобы меня никто не замечал.
Но как? Я уже достаточно наигралась с судьбой, но было поздно что-либо изменить. Даже запрет наших родителей казался ничтожной проблемой, потому что я была готова к этому изначально. Но я не ожидала, что наши отношения зайдут так далеко. Ну что ж, чему быть, того не миновать. А скандалы дома, постоянное ощущение временности всех хороших моментов являлись этим самым «быть», и обойти это я не могла.
- Зарина!!! Выходи быстро! – раздавалось за дверью.
Я, вдохнув побольше кислорода, поплелась выполнять приказ.
Досталось мне не мало…
Правда после этого мама рассказать отцу все так и не решилась.
И физически, и морально избитая, я продолжала стоять на своем, удивляясь собственной непреклонности и решительности. Любовь делает нас другими…
Забралась на кровать зализывать раны, и уже медленно шла ко сну, когда Хан позвонил.
Он долго кричал на меня за то, что я выключила телефон, и тем самым заставила его мучатся в неизвестности.
«Больше так никогда не делай!» – повторял он. Рассказала ему о неприятном разговоре с мамой, и о том, что произошло после. Он слушал молча, потом сказал: «Нам надо встретиться. Сегодня ». Часы показывали 21:00, отец был уже дома. Выйти незаметно было бы не возможно.
- Я не смогу, – сказала я тихо, – меня убьют, если увидят, что выхожу из дома.
- Подождем, когда они заснут. Выйдешь ночью. Никто не заметит.
Я согласилась, а в голове слабо крутилась мысль: «Боже, что я делаю?».
Кое-как, дождавшись пока родители отправятся в царство Морфея, я решилась выйти из комнаты и что-нибудь поесть. Еле держалась на ногах, так как не ела уже два дня.
Пробралась на кухню, сделала себе пару бутербродов, вытащила из холодильника бутылку пепси, и принялась за трапезу. Ела, и не чувствовала вкуса еды, машинально проглатывала все, лишь бы не упасть в голодный обморок перед Ханом. Собственно, цель всего процесса заключалась именно в этом. В пол первого ночи Залимхан позвонил снова. Он уже ждал меня внизу чуть дальше порога.
Осторожно открыв дверь своей комнаты, я зашла и взяла ключи. Хотела так же выйти, но дверь издала мерзкий скрип и я вздрогнула. Я стояла, затаив дыхание, и боялась пошевелиться. «Аллах, помоги, сделай так, чтобы они не услышали!». Немного подождав, я закрыла комнату на ключ, взяла босоножки в руки и пошла к входной двери босиком.
Я вся тряслась от страха, но все-таки смогла осторожно открыть дверь и выскочить наружу. Моя любовь стояла во всей красе и звонила мне на мобильный.
- Я тут, – крикнула я, и во время прикусила язык.
- Тише ты, чушка. Дом разбудить решила? – он медленно шел ко мне, улыбаясь.
Потом обнял меня и добавил, – Поехали.
- Куда? – опешила я.
- Я тебя забираю с собой, в Дагестан.
- Ну да – растянула я, – шутим.
- Шучу
-Смешно… – пробурчала я, все еще находясь в его объятиях.
- Мен сени севирьем – прошептал он, потом сам же усмехнулся своему акценту.
- Дий мун вокьула – ответила я на аварском.
Залимхан обнял меня крепче, и тут я ойкнула. Я спустила рукав кофточки и он увидел мои синяки на плече, узоры оставленные любящей материнской рукой.
- Чем это она тебя так?! – он округлил глаза.
- Палкой…- прошептала я.

Report This Post

Я боялась выходить из комнаты. Прошло уже три часа, мне ужасно хотелось есть, выпить горячего чаю с любимыми шоколадными конфетами …
Но открыть дверь и пойти на кухню я не решалась. Мои раздумья прервал легкий стук.
- Зарина, открой дверь! – мама решила вспомнить «грешницу» – дочь.
- Не открою! – крикнула я в ответ.
- Быстро, выходи оттуда, иначе я позвоню отцу!
Этой угрозы было достаточно, чтобы я повиновалась. Как я уже говорила ранее, я единственный ребенок в семье, любимая внучка, любимая племянница и, конечно же, обожаемое чадо своих родителей. Кто как мог баловал меня всю мою жизнь, в особенности мой отец. Вместе с этим он всегда лелеял и оберегал свою единственную дочь, и теперь я представляю всю серьезность и опасность ситуации – я влюблена в НЕазербайджанца, и естественно буду настаивать на том, чтобы его приняли в нашу семью. Папе, как убежденному националисту никогда не понять меня, мне кажется, понятие «любовь» вообще чуждо родителям. Хоть они постоянно и твердят о счастье, о твоей будущей семье, хотят, чтобы ты ни в чем не нуждалась, старательно ищут жениха, и при этом забывают спросить – «А чего ты сама хочешь?».
Вскочив с кровати я бросилась к двери, и не щадя голосовых связок заорала:
- Ну и звони! А я сброшусь из окна! Я повешусь, вскрою себе вены!!! И оставлю записку, напишу, что виновата ты!
Да, это было жестоко.
Услышав рыдания матери, я почувствовала себя настоящим чудовищем, извергом, полной дрянью…как хотите называйте. Но мне надоело постоянно чувствовать над собой опеку, страх, ощущение одного большого «НЕЛЬЗЯ».
Я подошла к окну, стала смотреть на густеющие облака. Было очень жарко и душно. В моей комнате кондиционера нет, и я от полного стояка мозгов даже не додумалась открыть окно. В какой-то момент я задавала себе вопрос: «Может быть, я слишком все усложняю? Может, стоит подождать немного…Вдруг что-то изменится».

Уткнувшись носом в холодное стекло, я наблюдала за прохожими – все куда-то спешили, какие-то озадаченные, грустные. А вот, улыбается только маленькая девочка в голубом ситцевом сарафанчике. Ей только что купили мороженое, и она, опустив голову, смотрит на него, пока ее маленькие ручки старательно раскрывают обертку.
Очевидно, сейчас это 20 копеечное сливочное лакомство и является для нее радостью и счастьем.
Наверное, с возрастом мы теряем способность получать удовольствие от мелочей, как это делают дети. Один из моих любимых писателей, Пауло Коэльо писал:
«Ребенок может научить взрослого 3м вещам: радоваться без всякой причины, настаивать на своем, всегда находить себе занятие»…Даа, чем дольше мы живем, тем гаже нам становится.
Тут ожил мой мобильник, и я, забыв обо всем на свете, схватила телефон.
- Любимая, ну как ты?
- Нормально вроде. А ты?
- Я отлично. Никуда я не уеду, отмазался. Объяснил отцу, кое-как.
- А у меня…
- Что?
- Я не могу…Я боюсь, Залимхан, боюсь…
- Эй, послушай, ты чего плачешь?
Ало!

Но говорить я больше не могла. От душивших меня слез, и оттого, что мама уже начала колотить в дверь. Поэтому пришлось отсоединиться и выключить трубку.
Меня ждала очередная семейная разборка.

Report This Post

Надо было привести себя в порядок до прихода мамы. Не смотря на будничную усталость, она заметит мою физиономию, и прочтет все, что на ней написано. Даже великий Нострадамус спасовал бы перед материнским инстинктом. Поэтому я старательно умылась, снова накрасилась, но все было тщетно. Глаза выдавали всю мою скорбь, а голос предательски дрожал.
- Мамулик, как ты рано. Как дела? – я старалась выглядеть веселой.
- Да ничего. А с тобой что? – она пристально посмотрела мне в глаза и вздохнула, – ладно, отнеси сумки на кухню. Осторожно, не разбей яйца.
- Чьи? – машинально спросила Я (хотела как лучше, получилось как всегда)
Мда…все намного серьезней, чем я думала.

Она была не в очень хорошем настроении, видимо на работе кто-то разозлил взыскательную начальницу.
В такой напряженной обстановке мне меньше всего хотелось заводить разговор о неизвестном аварце, с которым я согласна была сбежать. Стараясь как можно деликатно подойти к сути вопроса, я начала с банальной фразы:
- Как жарко сегодня.
Мама стояла у плиты, и заваривала чай, я сидела и наблюдала за ней.
- Да, жара адская. Кстати, как насчет твоих каникул? У тебя ведь практика закончилась, да?
Бедная женщина не знала, что ее дочь практиковалась все это время в прогулах. О том, где находится наш очередной пункт практических работ, я понятия не имела. В редакции, куда нас отправили, я ни разу не была. Ох и попадет мне от декана в сентябре…
- Да, мам.
- Вот мы с папой решили поехать в Анталью на 2 недели, и ты с нами, естественно.
- Что??? – я встала из-за стола, почувствовав, что земля уходит из под ног. – Я не могу поехать с Вами!
Мама медленно повернулась.
- Да что с тобой?! Я весь год ждала что мы, наконец, найдем время поехать все вместе куда хотим, а теперь ты заявляешь, что никуда не пойдешь? Объясни!
- Мам…- замямлила я, – я обещала Аян, что пойду на ее день рождения, и вообще что вы нашли в этой Турции…Надоело уже!
- Придумай что-нибудь поумнее. День рождения твоей подружки еще через месяц. Раньше ты сума сходила от тамошнего моря! İndi nə oldu?
- Это было раньше… – вздохнула я.
Я не могла больше держать все в себе. К тому же мама была решительно настроена на то, чтобы я ей рассказала о своих «проблемах». Поэтому пришлось излить душу.
И по ходу того, как я каялась, замечала, как меняется выражение ее лица.
« Чтоо??? Ты сума сошла? Никаких аварцев! Ты же знаешь, что твой отец никогда не согласится это!» – Сами понимаете после такой реакции, какой взрыв эмоций начался у меня. Я стала кричать, плакать со словами «Я его люблю!!!», не обращая внимания на угрозы матери запереть меня дома, лишить телефона и Интернета до тех пор, «пока не поумнею». Я не хотела ее слушать, и наш скандал дошел до того, что ей стало совсем плохо, она повалилась на диван и молчала. Меня сжирало чувство вины, и на душе неотвратимо скр######. Я бросилась к холодильнику, накапала в стакан воды валидола и положила на стол. Мать посмотрела на меня с ненавистью и сказала:
- Уйди отсюда.
Я медленно пошла в свою комнату и заперла дверь на ключ. Лежала на кровати и думала, задавала себе вопрос: «Что же я такого сделала? Кому я желала зла, что теперь со мной все это происходит?»
Никого не хотелось, не видеть, не слышать. Я была зла на весь мир.

Report This Post

Не помню, как добрела до дома, как открыла дверь, сняла обувь и повалилась на кровать.
Как всегда никого не было. Родители на работе, а в семье я одна. Хоть это сейчас облегчало мои страдания. Некому было лезть с вопросами «Почему так поздно пришла? Почему глаза красные, ты что плакала? и т.д.».
Полное спокойствие и мертвая тишина как раз подходили для моего расположения духа.

Так продолжалось достаточно долго. Наше «прости, прощай» растянулось на столько, что мы поняли всю абсурдность этого разговора и решили бороться за любовь до конца.
Залимхан сказал, что он сначала постарается достигнуть компромисса с отцом, а потом я перейду к переговорам со своими. Если ситуация не изменится, то нам ничего не остается как бежать из города…

Report This Post

- Я не хочу домой. Я хочу умереть…прямо тут.
- Опять всякую фигню в голову вбила? Я же сказал, что пока я здесь. Там видно будет.
- Но ведь ты уедешь?! – я стала кричать на него.
- Сбавь тон, люди оборачиваются.
- Я поняла…- с видом сумасшедшей, я встала и продолжила речь. –
Ты меня разлюбил, я тебе надоела…А теперь…теперь тебе нужна причина, чтобы избавиться от меня! Я знала, что так будет. Вы все такие сволочи, ненавижу!
Я не спеша, побрела в сторону остановки, спотыкаясь о попадавшиеся под ноги камни и ветки деревьев. При том, я совершенно не думала, как доберусь до дома, и меня не смущало то, что я оставила сумку на скамейке.
Залимхан вскочил и двумя шагами добрался до меня.
- Стоять! – он схватил меня за руку. – Ты кажется и вправду ненормальная! Думать умеешь вообще? Что за выходки идиотские? Пошли отсюда, быстро!
- Не трогай меня! Отстань! – я стала отбиваться от него, но всем своим здоровенным телом направлял меня вперед, к машине.
Я обессилила и была на грани обморока. Но нашла в себе силы устоять на ногах, и сказать ему, чего мы оба боялись. Я остановилась и сказала:
-Я тебя очень, очень люблю! Но я знала, что и мои, и по всей вероятности, твои родители будут против нашего общения. Ведь ты же все равно на мне не женишься?
- Почему ты так говоришь?
- Потому что я вижу, каким ты стал. Ты сомневаешься. И теперь, когда ты рассказал все отцу, все стало ясным. К тому же ты собрался куда-то уехать…Это все говорит об одном. Нам не быть вместе.

Он ушел. Я не разрешила ему проводить себя. Поэтому продолжала стоять там, где мы разошлись. Глаза будто стали стеклянными и тупо смотрели на скамейку, где он целовал меня всего лишь несколько минут назад.
- Девушка, извините, это не ваша сумка?- парень держал в одной руке мою сумку (которая почему-то валялась на земле), а в другой руку своей возлюбленной. Парочка собиралась присесть на той скамейке.
- Да, спасибо – Я медленно подошла и забрала свое добро.
Сердце сжалось от тоски и мне стало страшно оттого, что я просто не смогу пережить разлуки с ним. Опять захотелось плакать, но уже не получалось. Слезы высохли.

Report This Post

Что-то во мне сломалось в тот момент. Что-то душило меня изнутри. Я опустила голову и закрыла лицо руками.
И теперь я все видела со стороны, я видела, как два несчастных человека сидят на скамейке в середине небольшого парка. Прохожие смотрели на них, так же как и я, замечали задумчивый взгляд парня, и маленькую девчушку, которая прикрыла руками лицо, чтобы никто не видел ее слез. Эта была красивая пара, которая привлекала взгляды везде и всегда. А где теперь былая красота счастливых глаз, где стук взволнованного сердца, полного любви?
Теперь эта красота утопала в слезах отчаяния и горя, а волнение превратилось в боль, самую настоящую, физическую боль, которая была настолько сильной, что подавляла все остальное.
Неужели это и есть то, что воспевали наши великие поэты, о чем поют песни, о чем пишут книги и снимают кино?
Почему, если любовь не безответна, то она обязательно не такая, какая должна быть? Или просто в жизни все идет по-другой закономерности…
Или надо обязательно пройти через слезы, страдания, через боли в сердце, чтобы получить взамен счастье?
Я согласна…согласна все это пережить заново.
Только не отбирай его у меня…

Когда я пришла в себя, я ничего не видела. Да, да… забыла предварительно снять линзы, а уж потом плакать до полного истощения слезных желез.
Теперь, Залимхан, который подсел ближе, смотрел на меня сквозь туманное облако.
- Ты чего рыдаешь? Я ж пока рядом – серьезно спросил он.
С этими словами он обнял меня, громко чмокнул в раскрасневшиеся щеки, и добавил:
- Вес набрала, толстушка.
- И мне линзы надо снять, я забыла, что мне нельзя плакать с ними. Я ничего не вижу – сказав это, я стала чесать глаза грязными пальцами.
- Дурочка…идем, я отвезу тебя домой.

Report This Post

На следующий день мы с Залимханом договорились встретиться в парке рядом с универом.
«Мне надо поговорить с тобой» – бросил он, ничего не объяснив.
Обратите внимание – «Мне надо», а не «нам». В принципе, я уже привыкла к тому, что этот человек немножко эгоист и делает все по-своему.
Самое худшее то, что мне нравилось в нем все. Даже недостатки, которые я замечала (значит, моя любовь была зрячей, что редко встречается).
Пришла к пункту назначения, мой горец стоял и говорил с кем-то по мобильнику.
- Привет, солнце. – Хан быстро договорил на своём с собеседником. Видимо сказал, что перезвонит.
- Привет, как ты?- я ответила и прищурила глаза из-за яркого солнечного света.
- Пошли в тень.
Он осторожно взял мою руку, и мы медленно пошли вглубь тенистого парка.
- Почему ты так напряжен, я не понимаю? – я начала нервничать.
- Я не напряжен, с чего ты взяла?
- Посмотри в зеркало, поймешь.
- Не придумывай.
- Я не придумываю!
- Зарина, перестань.
- Что перестань? Я говорю, то, что вижу.
- Иногда тебе полезно молчать.
- Ты будешь решать, когда мне говорить, а когда нет? Я правильно тебя поняла?
- Не дури, у меня нет настроения с тобой базарить. Хватит.
-Что хватит? Мне замолчать?
- ДА!
- Отлично! Больше ты от меня ничего не услышишь.
- Вот и договорились.
Очередная словесная перепалка возникла на пустом месте. Но это не самое страшное, что мне предстояло пережить в тот день.
- Ох ты хрюшка вредная…опять детские разговоры ведешь. Щас нос откушу тебе. – И он подошел ко мне, улыбаясь, сел рядом на скамейку, где намечался очередной поток слез, и обнял.
Я обняла его в ответ, потом посмотрела ему в глаза. Зеленые, зеленые…Цвета нефрита.
У меня чуть светлее, и чаще меняют свой цвет в зависимости от освещения. А у него они были всегда такие…красивые…
-Чего уставилась? – Залимхан почему-то веселился, когда я обижалась. Может, я действительно вела себя по-детски. Ну и ладно, в некоторых случаях, мне в мои 18 было простительна легкая инфантильность.
- Ничего… – и я отвернулась.
- И ради этого маленького вредного существа я готов отказаться от всех земных благ?- он стал играться с моими кудрями. Потом поднял мои локоны и поцеловал в шею.
Я повернулась, и он начал целовать уже лицо. Медленно…сначала в щеки, потом в подбородок, а потом я закрыла глаза и, как это обычно пишут в книгах, « наши уста слились в поцелуе»…
Стоит ли говорить, что испытывала такое впервые в жизни, но скажу, никогда бы не подумала, что с этим наши отношения станут еще крепче.
Мы сидели, он обнимал меня, и никто из нас не хотел говорить.
Но, увы, Залимхан прервал молчание.
- Хорошо, что ты сидишь.
- И что в этом такого хорошего?
- Ничего, просто я с отцом поссорился.
- Мне жаль.
- А ты не хочешь узнать из-за чего?
-Это ваше семейное дело, не имею права.
- Тебя касается. Я рассказал ему о нас…
Тут я почувствовала, как по спине побежали мурашки.
- А он что?- промямлила я.
- Он взбесился, – Хан устремил свой взгляд в одну точку и вздохнул. – А еще он хочет поручить мне одно дело. В общем, если получится, то в скором времени я должен буду уехать…
- И надолго? – я смогла произнести только эти два слова.
- Навсегда…

Report This Post

Подготовка к сессии шла вовсю. Девочки из группы носились по библиотекам с изможденными лицами, бросались друг к другу, увидев нужную книгу или тетрадь с конспектами.
Все ходили по коридору с усталым видом и вздыхали, задумываясь о чем-то.
Видимо подсчитывали свои баллы, набранные за семестр.
Все предвещало начало экзамена, и у многих было соответствующее настроение.
Но я к этим «многим» не относилась. Голова моя если не пустовала, то заполнялось одним «хи–хи, ля-ля» Больше времени я проводила у зеркала, нежели за книгами.
Примкнула к тем девочкам, которые прихорашивались на каждой перемене и болтали о глупостях (это были проблемы мировых масштабов) типа, как завязать шарфик, чтобы было супер стильно или что делать, если сломалась застежка на сумочке.
Я выпотрошила свой гардероб, нашла давно забытые сарафанчики, босоножки на шпильках, дорогие платья, которые одевала всего 1 раз.
Теперь это ощущение женственности и превосходства красоты было во мне постоянно.
И это отражалось на моей одежде.
«Ты стала похожа на куклу. Такую же приторно красивую, блестящую и с пустой головой» – говорил мой однокурсник, каждый утро, когда я заявлялась на урок (с опозданием) во всей красе. Отчаянно влюбленный в меня человек старательно искал малейший повод, для того чтобы высказать комментарий, касающийся меня и моих «недостатков». И этим вызвать хоть какие-либо чувства в виде реакции на его издевательства.
Однако вспышки гнева возникали у меня независимо от внешней обстановки. Причиной могла быть обычная смс-ка…или ее отсутствие.
Сами знаете, от кого.
Вот тогда я взрывалась и горе тому человеку (а это был тот самый однокурсник, чье имя не стану называть) который попадался мне под руку.
Как это все выглядело со стороны, я не знала. Но мне нравилась эта жизнь.
Вот только постоянно жить в страхе, как премудрый пескарь из одноименной сказки Щедрина, было не по кайфу. Чувство дискомфорта и переросшая в патологию мысль о том, что «все закончится» убивало даже радость от любовных смс, которые были единственный утешением.

Итог- с трудом сдала экзамены, но довольно успешно. Из пяти экзаменов вышла всего одна четверка по предмету «Этика журналиста». Какими были остальные оценки – не скажу. Для меня было счастьем и то, что я не срезалась с моими знаниями, точнее «незнаниями».
Меня стал волновать один вопрос: «куда бы спрятать зачетку, чтобы мама не увидела».
В прочем, можно и не заводить разговора о сессии, может быть, она и не вспомнит.
И не придется объяснять, почему ее дочка превратилась в дуру.
Было уже 27 июня, с каждым днем жара все больше надвигалась, и днем на улице становилось невыносимо душно.
Встречи с любимым сократились вдвое, так как у меня не было необходимости выходить из дому под безжалостно палящее солнце, а у Хана были проблемы на работе (или проблемы с шефом-отцом).
Поэтому мы ограничивались телефонными звонками и Интернетом.

Report This Post

После раздора обязательно остается какой-то осадок в душе, даже если уже во всем разобрались и поставили точки над “I”.
Многие задаются вопросом «Что же такое любовь, в конце концов?»
Я узнала все стороны до селе неизвестного мне чувства.
И самую противную, черную и отрицательную черту наших отношений я видела в окончательном расстройстве моей нервной системы.
Меня бросало в ярость при малейшей неприятности, я обижалась по пустякам, не упускала случая, чтобы лишний раз пустить слезу и показать всем, какая я несчастная.
Словом, кардинально изменилась. И отнюдь не в лучшую сторону.
Я испытывала легкий укол совести, когда видела недоверчивые взгляды матери. Безусловно, она догадывалась о том, что у меня кто-то появился. А поймать удобный момент для того, чтобы расспросить об этом, она не могла. Отсутствие времени и настроения играло свою роль. Я же пользовалась тем, что она пока молчит, и продолжала часами болтать по телефону с Залимханом, или ходить по дому с мобильником, отправляя ему смс, не обращая внимания на колкие намеки матушки.

7.00 am
- Привет.
- Привет…- я старательно изображала спокойствие.
Он был не в особо хорошем настроении и говорил с неохотой.
«Самое время выплеснуть на него свой яд» – подумала Я. Ведь спорить с ним, когда ему весело, было невозможно. А сейчас и он в подходящем для ссоры состоянии.
И я было уже открыла рот, чтобы ненормативная лексика освободилась наконец-таки из лап моего внутреннего цензора, как вдруг Хан посмотрел на меня, и я увидела его заплаканные глаза…Что же произошло?
Случилось что-то ужасное, что-то плохое, и я чувствовала что это «что-то» будет концом наших с ним отношений. От этой мысли подступил ком к горлу, я сжала губы, вдохнула побольше воздуха, чтобы сдержать слезы.
– Я тебя люблю, – он хотел продолжить, но не смог…
Он быстро подошел ко мне, крепко обнял, и я поняла, что все это время он так же мучался без меня. Он ничего не говорил.
А я, ощутив себя наконец-то в объятиях человека, который стал для меня целым миром, не выдержала:
-Где ты был все это время?! – спросила я, всхлипывая.
Залимхан не ответил. Только обнял сильнее, будто боялся отпускать.
Он уткнулся носом в мое плечо, и не хотел нарушать молчание. Я уже перестала глотать слезы, мне стало страшно за него. Видимо, его проблема была определенно не связана со мной и была намного серьезнее.
-Что же такое произошло, любимый?
Хан тяжело вздохнул…
Оказалось у Залимхана погиб лучший друг. С детства они были неразлучны, Хан никогда не звал его другом, он всегда говорил «мой брат»…
И все эти дни он был не в состоянии говорить вообще, так как телефон оставил в Баку, а сам уехал на похороны. Вернулся только вчера ночью…
- Он ехал на скорости…домой возвращался с вечеринки какой-то. Там, в Махачкале.
Я ждал, что он приедет сюда, как обещал, познакомлю вас.
А он…Полез с пьянки в машину…Сколько раз я ему говорил, ведь и трезвым водит как слон!
Водил… – слеза покатилась и застыла на его небритой щеке.
Мне стало паршиво на душе оттого, что не могла его утешить.
Мы сидели в нашем любимом ресторанчике, где чаще всего почти никого не было.
Поэтому могли спокойно говорить обо всем, не опасаясь, что увидим моих знакомых.
- Послушай, – начала Я,
Я тебя очень хорошо понимаю. Мне тоже в своей жизни довелось пережить немало потерь. И как ни старайся – забыть сразу о горе не получится. Просто надо уметь ждать, со временем ты поймешь, что, сколько не страдай – это его не вернет.
В этом случае не надо жить настоящим. Вспоминай чаще о хороших днях, проведенных вместе. Представь, что он рядом…с тобой. Ваша дружба еще живет – а значит, живет и он.
- Как ты много знаешь, редиска такая – Залимхан улыбнулся и взял мою руку.

Report This Post

Я одновременно любила и ненавидела его за горский темперамент и категоричность, а он сходил сума от моей Бакинской дерзости. Наш альянс сравнился бы с взрывоопасной миной.
И первую нашу ссору мне не забыть никогда. Мы стали орать друг на друга прямо посередине улицы. Помню, как в момент перепалки обозвала его нелестным словом (не скажу каким) и он взорвался:
- Ты что, офигела совсем?!!!
- Да, с тобой и не такой станешь!!! – я не отставала от него.
- А ну быстро извинись! Я ни от кого не потерплю такого!!! Тебе ясно?!! Пока не попросишь извинение, можешь забыть обо мне. У тебя 24 часа.
- И не подумаю!
Разошлись мы тогда, как две обозленные собаки. Наша война длилась еще 2 дня. Я не хотела извиняться, но и не хотела, чтобы он молчал. Поэтому доставала его смс-ками, а он уперся как упрямый осел в одну и ту тему. Я так ему и сказала. И сделала только хуже. И еще добавила «Придурок». Будь он рядом, он бы, наверное, убил меня за такие слова.
«Не надо мне показывать, какая ты дура, я и так это понял!!!» – мда…он разозлился всерьез, раз такое написал. Мне стало обидно. Ведь я никогда не слышала от него ничего подобного. Он всегда держался под стать своей дагестанской ментальности и уважение к женщине считал святым долгом. Наверное, я его так довела, что он смог сказать девушке такое.
Установленный им срок в 1 день уже прошел, а мы все выясняли отношения. Эти два дня я рыдала как сумасшедшая. От одной мысли, что я могу его потерять, мне становилось дурно. Я всячески хотела отвести его от темы, но он был непреклонен, отказаться от своих слов для него означало запятнать честь. Он писал: «Я тебя люблю!», и в тоже время « Какая ты… Из-за одного слова « Извини» ты разбиваешь нам обоим сердца».
Я боялась, что он может уйти и наплевать на все. Мне пришлось переступить через свой несносный характер. Рано утром я ответила ему:
«Извини любимый не злись».
На что моментально последовал ответ:
«Я тебя люблю, и даже не представлял что так сильно!!!».

Report This Post